Воскресенье, 17 Ноября 2019
RUNYweb.com > > >

Оценить материал


Вставить в блог

Bookmark and Share

Великое смятение в великом спокойствии. К 100-летию картины Василия Кандинского

20 Мая, 2013, Михаил Кузьмин

Василий Кандинский «Композиция VI»

Василий Кандинский «Композиция VI»

Историческое развитие неторопливо. Иногда должен пройти целый век, чтобы мы смогли вернуться ровно на сто лет назад… Правда, для такого возвращения нужен весомый повод, и он есть. Из дня сегодняшнего мы возвращаемся в май 1913 года! А это то самое время, когда творение Василия Кандинского «Композиция VI» появилось на свет.

Между прочим, эта картина, отмечающая свой первый столетний юбилей, совсем не похожа на дряхлую старушенцию. Напротив, выглядит моложе многих шедевров своего времени. Уже давно замечено, что реалистические картины стареют быстрее, чем абстрактные полотна. А «Композиция VI» просто символизирует вечную молодость и вечное движение. К этой картине лучше всего подходят слова самого Василия Кандинского, сказанные им о живописи вообще. Возьмём молоток с зубилом и выбьем эту мысль на мраморной доске: «Живопись есть грохочущее столкновение различных миров, призванных путём борьбы и среди этой борьбы миров между собою создать новый мир, который зовётся произведением». 

В юбилейном приветствии можно было бы ограничиться этими словами и чисто символически (а может, и на самом деле) поднять бокал за «Композицию VI», пожелав ей большого счастья и долгих лет жизни в стенах Эрмитажа. Но всё дело в том, что Василий Васильевич Кандинский оставил довольно пространный комментарий к своей картине. Очень важно, что это не сухой рассказ о том, как некий рефлектирующий художник ткнул кистью сначала в одно место на холсте, а затем — в другое. Потом отошёл назад, посмотрел, что получилось, и ткнул кистью ещё куда-то…

Комментарий Кандинского по сути своей — это краткое и очень точное пособие на тему «Как научиться понимать абстрактную живопись». Мимо такого комментария мы просто не можем пройти. 

У Кандинского ещё до создания картины имелся первоначальный замысел или исходный мотив. Он был связан с темой Потопа. Как эту тему стал бы решать, например, художник-реалист? Очень просто, он бы воплотил её в каких-то более или менее знакомых нам книжных (библейских) образах. То есть, говоря словами самого Кандинского, он бы наклеил «на эту картину ярлык первоначального сюжета». 

Задача, которую решал и решил Кандинский в своей «Композиции VI», была гораздо сложнее: растворить внешний сюжет во внутреннем (чисто живописном) объективном существовании. Чувствуете, как глубоко копает художник… 

Как работал Кандинский над своим произведением? Так, как будто бы он создавал музыкальное произведение. Вот что пишет об этом сам Василий Васильевич: «Чтобы смягчить слишком драматическое воздействие линий, то есть скрыть слишком назойливо звучащий драматический элемент (надеть ему намордник), я позволил разыграться в картине целой фуге розовых пятен различных оттенков». 

К чему это (в конце концов) приводит? По мнению художника, розовые пятна облекают «великое смятение в великое спокойствие» и придают всему событию (то есть вызревающему Потопу) объективность. 

Кандинский уверен, что не менее важной работой заняты и другие цветовые пятна в его картине. Например, глубокие коричневые формы (особенно слева вверху) вносят уплотнённую и абстрактно звучащую ноту, которая напоминает об элементе безнадёжности. Зеленый и жёлтый оживляют это душевное состояние, придавая ему недостающую активность. 

Обратите внимание на то, что во время акта творения самим Кандинским всё время движет какой-то неясный внутренний мотив, который он старательно и последовательно превращает в законченную картину. И цель картины для него состоит в том, чтобы все «взаимно противоречащие элементы уравновесились». Да ещё и таким образом, чтобы ни один из них не взял верх над другими. И это произошло. То, что для художника было внутренним, стало внешним.

Почему Василий Кандинский не назвал свою картину таким весомым словом, как «Потоп»? По той простой причине, что оно вызывает массу чисто литературных ассоциаций и уводит зрителя в сторону от созерцания, от постижения самой живописи. Очень часто все эти ассоциации и картинки, которые возникают у нас под влиянием слова, мы готовы принять за содержание самого произведения. Кандинскому это было не нужно. Он создавал чисто живописное произведение, а не очередную иллюстрацию к тому, что и так все знают.

И спустя сто лет с момента своего создания «Композиция VI» остаётся идеальным объектом для созерцания и медитирования. Если мы хотим увидеть не только борьбу миров, не только Вселенский потоп, но и что-то ещё (может быть, музыку сфер?), мы спешим на третий этаж Зимнего дворца — именно к этой картине. 

Источник: Hermitage Line

Просмотров: 5344

Вставить в блог

Оценить материал

Отправить другу



Добавить комментарий

Введите символы, изображенные на картинке в поле слева.
 

0 комментариев

И Н Т Е Р В Ь Ю

НАЙТИ ДОКТОРА