-->
Пятница, 3 Декабря 2021

Оценить материал


Вставить в блог

Bookmark and Share

Сергей Побединский. Романс о жизни и музыке.

27 Декабря, 2010, Беседовал Геннадий Кацов

Певец и музыкант Сергей Побединский

Певец и музыкант Сергей Побединский у себя дома в Бруклине. Декабрь 2010 г.

Сергей Побединский в ЭНЦИКЛОПЕДИИ РУССКОЙ АМЕРИКИ > > >

В начале интервью Сергей Побединский спел под гитару куплет из песни "Петербург, Петроград, Ленинград...".

Сергей, по песне, которую вы сейчас исполнили, можно сделать вывод, что Вы питерский человек, хотя Вы родились, ведь, не в Питере. Давайте начнем с Вашего дня рождения, места рождения, как у нас в Энциклопедии и ведется, и расскажем за эти 15 минут о Вашей жизни непростой.
Петербург, Петроград, Ленинград. Я в этом городе почувствовал впервые, что я артист, исполнитель жанра, который люблю и уже несу в сердце более 30-ти лет. Это романс. Именно в Ленинграде, тогда еще, в 1987 -1988-й годы, я впервые, в «Приюте Комедиантов», выступал со своей первой сольной программой, которая называлась «Только раз бывает в жизни встреча». «Приют Комедиантов» был создан при поддержке БДТ, Кирилла Лаврова, Светы Крючковой, - Светланы Крючковой, сейчас народной артистки уже, Юрия Стоянова, который недавно был здесь на гастролях, привез потрясающий фильм, И эти большие афиши висели по всему Ленинграду. Я просто очень гордился и ходил, рассматривал себя на этой афише.

Давайте, все-таки с самого начала – только раз бывает в жизни встреча с жизнью. Как это получилось, в каком месте?
Сейчас, немножко волнение преодолею.

Итак, Вы родились …
Я родился в городе Пятигорске. Знаменитый курортный город, кавказские минеральные воды, место дуэли Михаила Юрьевича Лермонтова. Город красивый, зеленый: гора Машук, гора Биштау. Потрясающее у меня было, в принципе,  детство, юность. Я участвовал в различных кружках. Во Дворце пионеров, наверное, в пяти кружках. Начал с кукольного, а закончил вокально-инструментальным ансамблем. 
Между этим, Юрий Тимошевский, о котором я впоследствии скажу, пригласил меня в драматическую студию, в которой его педагог преподавал, что мне очень пригодилось потом. 

Ваши родители имели какое-нибудь отношение к гитаре, к искусству?
Нет, ни мама, ни папа. Хотя, оговорюсь, мама у меня принимала участие в художественной самодеятельности, была очень активным человеком. Она работала на ковровой фабрике имени Ильича, ткачихой. Была очень активным человеком, почетным донором, участвовала в хоре, в художественной самодеятельности фабрики. А у папы – красивый голос. Вообще, со стороны родственников моего отца, у нас все очень певучие люди. И когда собирались за столом, что и на меня повлияло, они все, как это было раньше принято, запевали: «Ой, мороз, мороз…». И, конечно, я мальчишкой смотрел, мне это нравилось, когда мой отец начинал таким красивым тембром петь, подхватывал, у него не очень со слухом было, но голос у него, тембр красивый был.

Он технический человек по образованию был?
Да, он у меня потомственный пчеловод, строитель и паркетчик. Он на все руки мастер. Делал тогда подпольную мебель – это было запрещено. Но мама у меня ковро-ткачиха. Очень тяжелый труд – петельки, крючочки…

На ткацкой фабрике?
Фабрика, да. Все ковры шли за границу только. На Советский Союз они не шли. Помню, такой большой ковер, его ткали много лет – Владимир Ильич такой вот. Но этот ковер остался на фабрике. 

Настенный?
Настенный, да. И моей маме, как ударнице труда, честь ей была предоставлена сфотографироваться у ковра, который она сама ткала со своими работницами, со своими коллегами. 

Вам никогда не хотелось заниматься ковро-ткачеством?
Нет, но пчеловодством мне довелось позаниматься. 4 года мой отец брал меня на пасеку. Я там отрывался, я был там один, сам с собой, мне очень нравилось. Но потом меня стали жалить пчелы сильно, у меня пошла аллергия и, в принципе, была такая опасность, что у меня может быть от укуса даже смертельный исход. Просто переизбыток пчелиного яда. 
Я резко завязал, ударился в мотоциклетный спорт. Понабрал себе мопедов, мотоциклов, мотороллеров. Мама волновалась, но произошло событие, которое перевернуло всю мою жизнь. Тот самый Юрий Томашевский, который друг Стоянова и Крючковой, который открыл «Приют комедиантов» в Петербурге, - его семья переезжала из частного дома, им дали квартиру. И у них стоял старинный рояль. Его брат, с которым я учился, Виталий Томашевский, и с которым я потом вместе поехал в Москву поступать в институт, он мне говорит: «Сережа, у тебя дом частный, можно мы рояль к тебе перевезем, у тебя там сейчас ремонт – вы расширились?» - я говорю: «Ну, давай». Бесплатно рояль взять! И вот, этот рояль перевезли, и тут-то все и началось. Поставили этот рояль у меня, всю комнату занял. Рояль пах стариной, настоящая слоновая кость. Помню, какие-то гербы, царь какой-то был, не помню, какой-то Николай. И я на этом рояле выучил свой первый романс «Я встретил Вас…». С этим романсом поехал в Москву, спел его и поступил в Гнесинское училище. Сейчас называется Гнесинская Академия. 

Какой это был год?
Это был 1978-й год. Экстерном мне дали аттестат о среднем образовании, я не участвовал в выпускном вечере. Мы с Виталием поехали вдвоем. Виталий не поступил, вернулся обратно, а я сразу поступил и, самое интересное, что когда я вернулся (у меня много было друзей: армяне, азербайджанцы, греки, многонациональный Пятигорск был, более ста национальностей), все спрашивали: « Дорогой, сколько ты там заплатил, ты же в Москве поступил?» - я говорю: «Пришел, спел, прочитал стихотворение, выполнил все требования, и меня взяли».- «Да не, не, не, неправда, ну ты, наверное, 2000 рублей…», - я говорю: «Да, да, да, папа пчеловод, накачал меду, дал, сын поехал - поступил».

И началась Гнесинская пора?
Гнесинская пора потрясающая. Мне повезло, у меня был режиссер – Олег Львович Кудряшов, который сейчас в ГИТИСе режиссер номер один. Он ставил с нами экспериментальный спектакль на музыку Дашкевича. Участвовал Юлий Ким, Юлий Михайлов тогда был, Елена Камбурова помогала. Я играл главную роль, могу похвастаться, Ивана Присыпкина. 
Это была экспериментальная постановка по пьесе Маяковского «Клоп», и с очень остроумными и в то время опасными, в Брежневское время, стихами Кима. Мы это поставили и объездили в Москве очень много домов – Художника, Литератора... Я помню, что за эту постановку нашего режиссера чуть не уволили с работы, потому что это был очень смелый спектакль. Это был 1983-й год.

А как же случился Петербург? Не Москву вспомнили в самом начале, а Петербург.
Да, в Петербург я тайком наезжал, когда у меня было время. Я закончил Гнесинку, искал себя, работал в театрах. Поехал в Иваново. Голодный город. 2 месяца проработал там и сбежал оттуда, в театр Оперетты меня взяли. 
Не так легко было устроиться в театр. Распределения в Караганду я, слава богу, избежал, поехал в Красноярск. 10 молодых актеров поехали. Тоже экспериментальные спектакли у нас были, рок-оперы в первых постановках, «Девушка и смерть» по Горькому. 
И так получилось, что в этот театр приехал очень хороший режиссер молодой, и молодежь из Ленинграда, из Москвы переехала. И я вот, в Красноярске, 1,5 сезона отработал. Потрясающе, но все-таки решил вернуться. Вернулся в Петрозаводск, в театр музыкальный и оттуда уже – одна ночь в Ленинград, - я наезжал в Ленинград. В один из приездов, услышал меня Юрий Томашевский. Он услышал, как я исполняю романсы, - молодой человек исполняет романсы, и говорит: «Ты для меня настоящая находка. Я хочу, чтобы ты в моем театре, в «Приюте комедиантов», открыл свою программу из своих романсов». Я вот и ездил.

Вы уже переехали тогда в Ленинград?
Нет, я еще работал в Петрозаводске в музыкальном театре, потому что в Ленинграде мне трудно было найти работу. Я приезжал, делал программу, уезжал. Теперь жалею, что на постоянно не остался, хотя была возможность.

А как Вы попали сюда, в Соединенные Штаты? То есть, петербургский период, он понятен. Наезды, какие-то творческие планы, реализованные, реализовавшиеся. А как Вы сюда попали?
Вот как раз Петрозаводск мне и помог. Дело в том, что в то время, 1988-1989-й  годы – уже перестройка началась. И в Петрозаводске было много городов-побратимов из Финляндии, Франции, Америки. И мы, как музыканты попали. Я не знаю: нас увидели, услышали. Я выступал на местном телевидении, и у нас создалась такая компания небольшая: саксофон, гитара, я – вокал и фортепиано, и мы делали такие экспериментальные концерты для финских туристов. И нас пригласили впервые поехать с делегацией в Америку, еще из Советского Союза. Мы поехали с делегацией городов-побратимов: Петрозаводск - Дулуз, это на севере Америки, штат Миннесота, где большое озеро Супирио. 
Мы поехали поддерживать наш велосипедный пробег - Америка и Советский Союз. И нас взяли, троих музыкантов, чтобы мы веселили, пели, выступали с концертами. Вот тут-то наш звездный час и настал. Когда мы пели, то американцы были просто…, фактически, мы были первые артисты из тех, кто тогда приезжал из СССР. Мы показывали свое искусство, песни, романсы.

Это какой год?
Август, 1990-й. Наша делегация уже уехала, а нас в Дулузе оставили еще, потому что им очень понравилось. И мы за два месяца дали более 60-ти концертов. Нас возили везде: по церквям, по каким-то обществам, по школам, high school, elementary school, и.т.д. Мы объездили очень много. Нам понравилось, но надо было уезжать. Визу продлевали, но надо было уезжать. Получилось так, что перед отъездом компания из Миннеаполиса, солидная уже такая, профессиональная, услышала нас. Мы выступали впрямую по радио, нас услышали и пригласили на пробный тур, на следующий год. 
1991-й год, именно после событий августовских, когда был ПУТЧ, мы должны были уезжать в Америку, 5 сентября. ПУТЧ был 19 августа. У нас уже была виза, были билеты и мы улетели, улетели из этого уже тревожного времени. И так получилось, судьба так распорядилась, что мы продлевали, продлевали свои гастроли, продлевали визы и остались в Америке, просто безумные от счастья.

Какие вы здесь профессии перепробовали?
Если кратко, не все было так гладко, не только концерты были. Когда мы уже стали пробовать американский вкус жизни, мне пришлось и пиццу развозить, что было очень интересно, опыт, так сказать experience driving, и разносить почту, бросать эти газеты, как здесь бросают. Но это было так, мимолетно, это было очень здорово. Я, поработав, объездив очень много штатов, более 25-ти, просто хочу сказать, что я, конечно, всегда хотел попасть в город Нью-Йорк. Приезжал сюда и боялся, что вот эти небоскребы меня поглотят. Что я здесь буду делать? Кому я буду петь? Там меня все знали, везде ездил.

И Вы состоялись здесь, как музыкант? Продолжили музыкальную карьеру.
Я приехал сюда в 1999-м году. Год мне было очень тяжело, хотел вернуться, но, в принципе, попал в очень хорошую компанию музыкантов цыганских – скрипачей, гитаристов, артистов, и все у меня началось, закружилось, поехало. И так до сих пор.

Loading video...

© RUNYweb.com

Просмотров: 6415

Вставить в блог

Оценить материал

Отправить другу



Добавить комментарий

Введите символы, изображенные на картинке в поле слева.
 

0 комментариев

И Н Т Е Р В Ь Ю

НАЙТИ ДОКТОРА

Новостная лента

Все новости