Воскресенье, 29 Ноября 2020

Оценить материал


Вставить в блог

Bookmark and Share

Фестиваль «Mostly Mozart». Дон-Жуан живее всех живых!

5 Августа, 2011, Майя Прицкер

Сцена из представления «Дон-Жуан», которое дал 4 августа Будапештский фестивальный оркестр под управлением Ивана Фишера в Rose Theater, в рамках проходящего в Нью-Йорке фестиваля Mostly Mozart.

Сцена из представления «Дон-Жуан», которое дал 4 августа Будапештский фестивальный оркестр под управлением Ивана Фишера в Rose Theater, в рамках проходящего в Нью-Йорке фестиваля Mostly Mozart. Фото с сайта newyork.timeout.com

Я видела не меньше десятка моцартовских «Дон-Жуанов» - в советском МАЛЕГОТЕ, в Мет, в Баварской опере, на видео. В исторических костюмах и в современных, с дуэлями на шпагах  и с обильно рассыпанной по сцене кокаиновой пудрой. И никогда эта опера не казалась мне более живой, увлекательной, сегодняшней, чем на представлении, которое дал 4 августа Будапештский фестивальный оркестр под управлением Ивана Фишера в Rose Theater, в рамках проходящего в Нью-Йорке фестиваля Mostly Mozart. 

Это было не концертное исполнение, а полноценный (хотя и минималистский) спектакль, поставленный... дирижером Иваном Фишером, о чем я узнала только после спектакля, заглянув в программку, чтобы выяснить, кто же этот театральный мастер, который сумел заставить певцов начисто отказаться от намека на оперную «вампуку» или  «исполнение  вообще», и наделить своих героев такой естественной, правдивой мимикой и пластикой, такими богатыми по эмоциональным краскам и ненадуманными интонациями. 

Теперь я понимаю, откуда идет эта правда жизни – от Моцарта, от глубочайшего знания и понимания его музыки, к которому мало кто из театральных режиссеров может даже приблизиться. Сам Фишер объяснил свое решение стать режиссером «Дон-Жуана» так: «Сегодня в театре ответственность поделена между режиссером, создающим «интерпретацию», и дирижером, исполняющим музыкальный текст. Написанный композитором. Но это двойное лидерство имеет свои проблемы: приходится часто наблюдать  спектакль, современный визуально, но музыкально консервативный, с певцами, которых тянут в разные стороны. Мне хотелось достичь органического единства». 

Он этого добился благодаря уникальной гибкости и чуткости оркестра, преданности певцов, с которыми явно хорошо поработал, и не без помощи первой, пражской редакции оперы (премьера, как известно, в Праге и состоялась), такой драматургически совершенной, что теперь любой отказ от нее будет казаться мне кощунством. Все в ней было продумано Моцартом и его блистательным либреттистом Лоренцо Да Понте с блеском, речитативы, арии, ансамбли бесшовно связались в роскошную ткань истории одновременно забавной, печальной и... морально двусмысленной. 

Мы возмущаемся неразборчивостью и нечистоплотностью Дон-Жуана в его сексуальных похождениях и... не можем не быть очарованы им. Мы – точно такие, как Эльвира, Донна Анна, Церлина и мириады других не устоявших перед ним женщин, которые до последней минуты, даже перед лицом измен, обманов и прочей жестокой правды, надеятся, что это «не про них», и желая его смерти, начинают по нему тосковать, как только он исчезает с лица земли. 

Иван Фишер считает Дон-Жуана аддиктом, для которого секс и игра соблазнения – наркотик (другие наркотики ему тоже, по-видимому, знакомы: в одной из сцен он предлагает друзьям Мазетто затянуться «травкой», что они и делают). 

Сцена почти пуста, если не считать двух высоких постаментов, с которых, кажется, только что снесли памятники Ленину или конные статуи более давних кумиров. По ходу дела постаменты будут разнообразнейшим образом «обыграны». Но образ статуи (именно статуя Командора станет Дон Жуану «карающим мечом»), как символа все еще живущих вне и внутри нас правил (сковывающих или необходимых?), присутствует в спектакле постоянно: в «гипсовых» мальчиках и девочках, словно сошедших с картин Гриши Брускина. Это то хор, то миманс, то реквизит. И всегда – прекрасная поддержка (иногда буквально, физическая) солистов. 

Как приятно слышать музыку Моцарта в сравнительной близости от сцены, в небольшом зале и в исполнении певцов-актеров, которые, кажется, слились со своими героями! Они -- из Европы (Греции. Германии. Италии, Португалии, Венгрии и Исландии), а хорошенькая Суна Им (Церлина) – из Южной Кореи, одеты в современные платья, поют по-итальянски, да с такой блистательной дикцией и часто в таких темпах, что диву даешься, и, по словам того же Фишера, «играют себя». Если они могут узнать себя в персонажах старинной легенды, оживленных Моцартом два с лишним века назад, то Моцарт и Дон-Жуан и впрямь бессмертны.

Второй и последний спектакль состоится в субботу 6 августа в 7 вечера.   

© RUNYweb.com

Просмотров: 4676

Вставить в блог

Оценить материал

Отправить другу



Добавить комментарий

Введите символы, изображенные на картинке в поле слева.
 

0 комментариев

И Н Т Е Р В Ь Ю

Видео

Loading video...

НАЙТИ ДОКТОРА

Новостная лента

Все новости