Среда, 27 Мая 2020

Оценить материал


Вставить в блог

Bookmark and Share

«Gotterdammerung» в Мет: скрипит, но впечатляет

6 Февраля, 2012, Автор: Майя Прицкер

Сцена из спектакля «Gotterdammerung» в Метрополитен-опере.

Сцена из спектакля «Gotterdammerung» в Метрополитен-опере. Фото с сайта curzoncinemas.com

Сцена из спектакля «Gotterdammerung» в Метрополитен-опере.
Сцена из спектакля «Gotterdammerung» в Метрополитен-опере. Фото с сайта theclassicalreview.com

Все, кому я говорила, что иду в Мет на последнюю часть «Кольца нибелунга», сочувственно вздыхали: “Gotterdammerung” (что в России еще с советских времен почему-то переводят как «Гибель богов», хотя надо «Закат богов») -- самая длинная из четырех опер цикла, спектакль с двумя перерывами длится почти шесть часов. Я и сама готовилась к испытанию: скрежещущая и стучащая «машина» Роберта Лепажа и его многочисленной команды, построенная для всей тетралогии, уже давно  продемонстрировала свою тяжеловесную непривлекательность и нестыковку с музыкой, а сам Лепаж – неумение работать с актерами и неспособность явить хоть какую-то концепцию в интерпретации как философии, так и психологии вагнеровской драмы. 

Некоторый оптимизм внушали лишь исполнители ведущих ролей – не Дебора Войт и Джей Хантер Моррис, певшие (весьма проблематично) партии Брунгильды и Зигфрида в «Зигфриде» и на премьере «Гибели богов», а Катарина Далайман и Стивен Гулд. Спектакль оказался лучше, чем я ожидала, хотя с «машиной» и Лепажем меня так и не примирил. Просто роскошная и трагическая музыка Вагнера во вполне достойном, а моментами просто великолепном исполнении не могла не заворожить, а драма предательства, ревности, любви и смерти – на фоне вселенской борьбы добра и зла, человеческой страстей и великой природы, не может не захватить, несмотря на всю медлительность повествования (не надеясь, видно, на то, что публика будет смотреть все четыре части, Вагнер вводит в каждую пространные эпизоды, где тот или иной герой пересказывает свою предысторию).  Да и в постановке было несколько впечатляющих моментов. Лучший – сцена гибели Зигфрида, когда кровь постепенно окрашивает рейнские волны и алый цвет в конце концов заполняет всю сцену.   

Сцена из спектакля «Gotterdammerung» в Метрополитен-опере.
Сцена из спектакля «Gotterdammerung» в Метрополитен-опере. Фото с сайта berkshireonstage.com

В «Закате богов» сами боги уже не участвуют. Некогда могущественный Вотан со своим окружением теперь бездеятельно пребывает в Валгалле, надеясь лишь на то, что Кольцо будет возвращено Дочерям Рейна, что поможет восстановить нарушенную его же деяниями мировую гармонию. Вот почему, когда Зигфрид, отправляясь на новые героические дела, дарит Брунгильде в знак верности, Кольцо (то самое Кольцо нибелунга, которое должно приносить его владельцам гибель), на скале, где он в свое время нашел, а теперь оставил Ьрунгильду, появляется ее сестра, валькирия Вальтраута. Она просит Брунглильду отдать Кольцо дочерям Рейна, но та отказывается: для нее Кольцо – символ верности Зигфриду. Тот, между тем, попадает в ловушку, устроенную для него Хагеном, сыном нибелунга Альбериха и земной женщины, мечтающим завладеть Кольцом. Гость Гунтера и Гутруны Гибекингов (сводных брата и сестры Хагена), Зигфрид выпивает волшебный напиток Гутруны и забывает о Брунгильде. Мечтая завладеть Гутруной, он обещает Брунгильду Гунтеру и обещание свое сдерживает. Брунгильда, приведенная принявшим обличье Гунтера Зигфридом, во дворец Гибенингов, разгневана предательством и становится невольной союзницей Хагена, открывая ему уязвимое место казалось бы непобедимого героя. Зигфрид гибнет, пронзенный копьем Хагена, но Кольца Хагену не получить: Брунгильда  бросается в погребальный костер, разложенный на берегу Рейна. «Я поняла твой замысел и исполню то, чего ты и страшился, и хотел», -- обращается она к Вотану. Пламя костра поднимается к небесной Валгалле, а волны Рейна смывают кольцо с руки Брунгильды, возвращая Золото Рейна туда, где и начиналась когда-то вся эта история.   

Сцена из спектакля «Gotterdammerung» в Метрополитен-опере.
Сцена из спектакля «Gotterdammerung» в Метрополитен-опере. Фото с сайта washingtonexaminer.com

Гулд, настоящий вагнеровский  хелдентенор, оказался просто идеальным Зигфридом. Голос Далайман, не такой мощный, как хотелось бы для последней сцены,  тем не менее обладает теплотой и каким-то внутренним сиянием и куда большим обаянием и стабильностью, чем голос Войт. Бас Ханс-Питер Кениг вызывал самые громкие овации вечера за безупречное исполнение роли лицемерного злодея Хагена. Хорошенькая, звоноголосая Венди Брин Хармер и обладающий красивым голосом и благородной внешностью Йейн Патерсон были отличными Гутруной и Гунтером. Фабио Луизи бойко, умело, а моментами даже вдохновенно вел давно привыкший к лексике «Кольца» оркестр Мет. Увы, вдохновения все же было маловато, и апокалиптический и в то же время полный несказанной красоты, нежности и печали финал оперы, который, скажем, в интерпретации Гергиева, невозможно слушать без слез, в этот раз звучал...  обыденно. То, что в это время с невесть откуда появляющихся статуй слетают, взрываясь, гипсовые головы, делу не помогло.  

Сцена из спектакля «Gotterdammerung» в Метрополитен-опере.
Сцена из спектакля «Gotterdammerung» в Метрополитен-опере. Фото с сайта washingtonexaminer.com

Спектакль покажут в кинотеатрах мира днем 11 февраля

© RUNYweb.com

Просмотров: 4701

Вставить в блог

Оценить материал

Отправить другу



Добавить комментарий

Введите символы, изображенные на картинке в поле слева.
 

0 комментариев

И Н Т Е Р В Ь Ю

Видео

Loading video...

НАЙТИ ДОКТОРА

Новостная лента

Все новости