-->
Среда, 29 Мая 2024

Оценить материал


Вставить в блог

Bookmark and Share

Умер ученый Франс де Вааль. Полвека он изучал приматов, чтобы понять истоки конфликтов, политики и милосердия

21 Марта, 2024

Франс де Вааль в исследовательском центре приматов Университета Эмори в Атланте, штат Джорджия. 17 октября 2007 года. Фото: Jack Kearse, Emory University Health / Emory University Photo and Video / AFP / Scanpix / LETA

Франс де Вааль в исследовательском центре приматов Университета Эмори в Атланте, штат Джорджия. 17 октября 2007 года. Фото: Jack Kearse, Emory University Health / Emory University Photo and Video / AFP / Scanpix / LETA

В США 14 марта 2024 года от онкологического заболевания скончался знаменитый приматолог Франс де Вааль, ему было 75 лет. Де Вааль — один из самых известных ученых и популяризаторов науки. Он написал сотни научных статей и свыше десятка книг, где показывал, как сложно устроены общества шимпанзе, бонобо и других обезьян. Наблюдая за ними, исследователь сделал важнейшие выводы об истоках человеческой политики, морали, жестокости и милосердия. Одно из его сочинений вошло в перечень книг, рекомендованных для чтения молодым американским конгрессменам, а журнал Time в 2007-м включил де Вааля в сотню самых влиятельных людей года. 

«Мы, будучи более последовательно жестокими, чем шимпанзе, и более эмпатичными, чем бонобо, несомненно, являемся самыми биполярными приматами» — эта фраза из книги «Наша внутренняя обезьяна» как нельзя лучше отражает представление приматолога Франса де Вааля относительно природы человека.

Этот взгляд повлиял на многих коллег ученого — цитаты из его книг можно найти в текстах представителей самых разных дисциплин, от психологии до экономики. Вообще же на работы де Вааля, согласно данным Google Scholar, на сегодняшний день ссылались в научных публикациях более 78 тысяч раз (из них больше 21 тысячи в последние пять лет).

Де Вааль не просто исследовал схожее поведение людей и приматов. Он пытался найти истоки человеческой природы — например, чувства справедливости

Начиная с XIX века биологи проводили над обезьянами все более сложные эксперименты, чтобы понять, как устроен процесс мышления:

Они рассуждали: нужно придумать такую задачу для животного, чтобы, ставя ящик на ящик и дотягиваясь до висящего банана палкой, зверь показал бы нам движение от простого к сложному, формирование логики — и в конечном счете мышления. Это ведь то, как мы стали такими умными, добывая себе пищу, верно?

Однако ответов на все интересующие биологов вопросы так получить не вышло. В середине XX столетия это подтолкнуло исследователей к тому, чтобы изучать естественное поведение животных, вооружившись биноклем и блокнотом. Так ученые увидели, что те же обезьяны прежде всего социальные животные и главное для них — взаимоотношения с соплеменниками, а вовсе не техника того, как именно достать с дерева тот или иной плод.

Осознав это, ученые уже во второй половине века вновь вернулись к наблюдению за животными в неволе, но уже не в лабораториях, а в искусственных колониях, созданных в зоопарках. 

Одним из пионеров такого подхода был молодой голландский ученый Франс де Вааль. В 1975 году, когда ему не было и тридцати лет, он начал многолетний проект по созданию большой колонии приматов в зоопарке города Арнем, что на востоке Нидерландов. «В те времена едва ли можно было соединить в одном предложении слова „животные“ и „когнитивные процессы“, не вызвав при этом удивленных взглядов», — вспоминал он впоследствии.

Как писал сам де Вааль, он «часами простаивал у металлической ограды пахучего ночлега шимпанзе», наблюдая за хитросплетениями отношений между обезьянами: сотрудничеством, интригами, временными альянсами, демонстрациями силы и знаками поддержки. Результатом стала книга «Политика у шимпанзе», вышедшая в 1982 году. Она получила статус научного бестселлера и даже, как указывал сам ученый в предисловии к юбилейному, 25-му переизданию, попала в список литературы, рекомендованной для чтения американским конгрессменам во время первого года их работы на этой должности. Примерно тогда же ученый переехал в США.

Де Вааль писал «Политику у шимпанзе» вовсе не для того, чтобы показать, что взаимоотношения в стае приматов могут чем-то напоминать поведение политиков-людей, — его задача была много масштабнее. Он был уверен, что поведение шимпанзе и других обезьян указывает на «важные составляющие человеческой природы».

В ходе своих наблюдений и экспериментов (с ними ученые все же полностью не распрощались) де Вааль выяснил, что шимпанзе присуще чувство справедливости. К примеру, группа приматов могла с удовольствием выполнять задания исследователей, получая в награду огурец. Однако, стоило обезьянам увидеть, что другая группа их собратьев получает за те же действия сладкий виноград, они тут же устраивали «забастовку».

Также ученый настаивал, что обезьянам, да и вообще млекопитающим (даже таким небольшим, как грызуны) свойственна эмпатия — их беспокоят признаки боли других существ. «Возможность того, что сочувствие находится в настолько древних частях мозга, что мы разделяем их с крысами, должна заставить задуматься любого, кто сравнивает политиков с этими бедными, недооцененными существами», — писал де Вааль в одной из статей.

Именно в этом эволюционном наследии, а не в религии ученый и видел основу человеческой морали. «Разве реально было бы убедить человека заботиться о других, если бы ему не была изначально присуща естественная склонность к этому? Какой был бы смысл апеллировать к честности и справедливости, если бы у нас не было мощной инстинктивной реакции на их отсутствие?» — такими вопросами задавался де Вааль в своей книге «Бонобо и атеист» (на русский она переведена как «Истоки морали»).

Темная сторона социального интеллекта тоже интересовала ученого. А еще он не стеснялся валять дурака

Де Вааль вовсе не пытался представить приматов идеальными и высокоморальными существами. Он много писал об ужасающих по своей жестокости действиях обезьян, к примеру — как два претендента на статус лидера стаи ночью неожиданно напали на самца-конкурента и растерзали его. 

Де Вааль стал одним из первых, кто наблюдал темную сторону социального интеллекта: изощренность и чудовищную агрессивность шимпанзе, их конфликты и спланированные убийства. Шимпанзе самые лютые среди приматов — и у них самые страшные и кровопролитные конфликты среди своих.  

В этой двойственности исследователь как раз и видел истоки поведения людей, способных как на самые возвышенные, так и на самые подлые поступки. Вот что об этом писал сам де Вааль:

Меня нередко спрашивают, как можно приписывать шимпанзе способность к эмпатии, если известно, что иногда они убивают сородичей. Я отвечаю вопросом на вопрос: не следует ли нам из тех же соображений отказаться от человеческой эмпатии?

В умении находить баланс между своими амбициями и эмоциями других участников группы ученый и видел главный вызов для социального интеллекта. «В этом деле нет неважных деталей: например, де Вааль установил, что шимпанзе отлично узнают друг друга по форме седалищных мозолей, то есть сзади, — за что получил Шнобелевскую премию», — вспоминает Илья Колмановский.

Впрочем, такое своеобразное признание одной из его работ вряд ли сильно расстроило де Вааля: по воспоминаниям коллег, он, даже будучи научной звездой первой величины, имел хорошее чувство юмора и был очень дружелюбным человеком. «Франц был забавным, — вспоминает психолог Линн Найгаард, коллега де Вааля по Университету Эмори. — Если дискуссия становилась напряженной, он мог в нужный момент сделать не относящееся к делу замечание, чтобы рассмешить всех и снять напряжение».

Де Вааль считал, что людям есть чему поучиться у приматов

Одна из самых актуальных частей наследия де Вааля сегодня — исследования природы агрессии и ее преодоления:

В главной научной монографии де Вааля Peacemaking Among Primates он раскрывает суперспособность мозга шимпанзе. Там ведь немало сложных задач. Например, суметь обмануть — съесть вожделенную еду на глазах у вожака, а если он вас поймает — научиться в следующий раз есть так, чтобы не поймал. Для этого надо научиться думать о том, как он думает. Надо уметь побеждать в поединках без драки, моральным давлением. Но самое сложное, и это то, в чем шимпанзе, возможно, дадут и нам фору, — это умение после самых жестоких конфликтов установить мир.

Как вспоминает научный журналист Джон Хорган, даже в середине 2000-х де Вааль категорически не соглашался с теорией о глубинных, природных истоках войн. Хотя на фоне терактов 11 сентября, а также конфликтов в Ираке и Афганистане многие видные исследователи и мыслители (вроде Стивена Пинкера и Фрэнсиса Фукуямы) склонялись к мысли о том, что человеку по своей природе свойственна агрессия и некое, как пишет Хоган, «слепое агрессивное стремление, которое заставляет нас воевать». Вааль же в разговоре с Хоганом называл эту идею «мрачным мемом», который «не соответствует фактам».

В качестве аргумента против представлений о предопределенности природной жестокости приматов (а стало быть и человека) ученый нередко приводил бонобо — карликовых шимпанзе, имеющих репутацию миролюбивых животных, живущих при матриархате. Они разрешают конфликты миром… при помощи секса (впрочем, говорить о том, что эти обезьяны полностью чужды насилию, тоже не приходится). Де Вааль стал одним из главных популяризаторов этих животных, считая, что человечеству есть чему у них поучиться. Об этом он писал в том числе в книге «Бонобо и атеист»:

Бонобо показывают, что длинный ряд наших предков отмечен не только мужским доминированием и ксенофобией, но приверженностью к гармонии и вниманием к ближнему. Не стоит измерять прогресс человечества исключительно количеством сражений, выигранных нашими самцами у других гоминин… Насколько мы сегодня можем судить, человек не победил другие группы гоминин в сражениях и не завоевал их, а, скорее, вытеснил, вызвал естественное вымирание, и средством к тому стала не война, а любовь.

Источник: Meduza

Просмотров: 824

Вставить в блог

Оценить материал

Отправить другу



Добавить комментарий

Введите символы, изображенные на картинке в поле слева.
 

0 комментариев

И Н Т Е Р В Ь Ю

Видео

Loading video...

НАЙТИ ДОКТОРА

Новостная лента

Все новости