Четверг, 14 Ноября 2019

Оценить материал


Вставить в блог

Bookmark and Share

Жена Вуди Аллена Сун-И впервые рассказала историю их отношений и вступилась за мужа

18 Сентября, 2018

Сун-И Превин и Вуди Аллен. Фото: Steven Ferdman / REX / Vida Press

Сун-И Превин и Вуди Аллен. Фото: Steven Ferdman / REX / Vida Press

В журнале New York Magazine опубликовали большую статью о жене Вуди Аллена Сун-И Превин. Она – приемная дочь бывшей гражданской жены Аллена и причина их ссоры.

У статьи 'Introducing Soon-Yi Previn' («Встречайте Сун-И Превин» есть подзаголовок: «На протяжении десятилетий, оказавшись в эпицентре противоречивых событий, она хранила молчание. Но теперь заговорила». Статья посвящена истории отношений Аллена и Превин, которые женаты с 1997 года. Сун-И рассказала свою версию раскола, случившегося в семье режиссера Вуди Аллена и актрисы Миа Фэрроу, – и впервые прокомментировала обвинения в адрес Аллена в сексуальном насилии над его приемной дочерью Дилан Фэрроу. 

Автор материала, писательница и литературный критик Дафна Меркин, начала работать над ним в мае 2018 года и провела для этого серию интервью с Сун-И Превин и Вуди Алленом, а также переписывалась с героиней статьи. Меркин несколько раз повторяет в тексте, что давно знакома с Алленом и находится с ним в дружеских отношениях. 

«[Сун-И] раньше воспринимали как жертву, чьей молодостью и относительной невинностью воспользовался влиятельный, гораздо более взрослый мужчина, затянувший ее в омут. Или же как Лолиту, соблазнительницу, сознательно предавшую свою „мать Терезу“ – женщину, спасшую ее от жизни в приюте. Сегодня Сун-И принято считать своего рода сообщницей, которая стоит на стороне мужа, в адрес которого заново сыпятся обвинения в сексуальном насилии над Дилан Фэрроу, его репутация рухнула, а его некогда почитаемые фильмы переосмысливают в контексте движения #MeToo», – говорится в статье. Меркин утверждает, что пришло время выслушать саму Сун-И. 

Она описана в материале New York Magazine как сильная, уверенная в себе и смелая женщина, которой с детства пришлось преодолевать невзгоды. В пять лет Сун-И сбежала из дома в поисках лучшей жизни («у нас была комната без мебели и маленький бетонный дворик») и жила на улицах Сеула, пока не попала в полицию – а затем в приют. Именно оттуда в 1977 году ее забрала Миа Фэрроу, у которой к тому времени уже было трое биологических и двое приемных детей с мужем – композитором, пианистом и дирижером Андре Превином. 

По словам Сун-И, это не принесло ей счастья: у приемной матери был сложный характер и фавориты среди детей (в число которых Сун-И не входила). Сун-И вспоминает, что еще при первой встрече в приюте Фэрроу показалась ей неискренней, хотя признает, что мать очень талантлива, – и сожалеет, что их отношения не были более теплыми. 

Сун-И рассказала изданию, что Миа Фэрроу не давала ей необходимой заботы («Жаль, что она не научила меня краситься. Я даже не знаю, как все это делать. Миа не объяснила мне, как пользоваться тампонами, а мой первый лифчик мне купила няня»). Она утверждает, что у приемной матери случались вспышки агрессии и та швыряла в нее предметы, а однажды заперла своего приемного сына Тадеуса, страдающего параличом нижних конечностей, на ночь в сарае за небольшой проступок (в 2016 году он покончил с собой). Похожим образом о детстве в доме Фэрроу вспоминал еще один ее приемный ребенок – Мозес; сама Фэрроу отвергла все обвинения в жестоком обращении с детьми. 

Когда Сун-И было 10 лет, Миа Фэрроу начала встречаться с Вуди Алленом (пара не была жената и никогда не жила вместе в одном доме). Сун-И говорит, что поначалу Аллен ей очень не нравился: она не могла поверить, что хороший человек будет встречаться с такой женщиной, как ее приемная мать. По ее словам, она никогда не воспринимала его как отца: «У меня уже был отец – Андре Превин. Вуди был бойфрендом матери, все ясно и просто. Он был совершенно отдельным человеком». Постепенно Аллен начал помогать Сун-И, особенно когда она сломала ногу; по инициативе Фэрроу они вместе ходили на баскетбольные матчи и постепенно сдружились. 

Сун-И говорит, что к этому моменту отношения Аллена и Фэрроу испортились и они были вместе в основном ради детей. Когда Сун-И был 21 год, у них с Алленом начался роман, который они пытались скрывать: «Мы были как два магнита, которых тянуло друг к другу». Она называет эти отношения «моральной дилеммой» и признает, что это было предательством со стороны их обоих, «ужасной вещью и чудовищным шоком [для Фэрроу]». 

Через несколько месяцев после начала отношений Аллена и Сун-И, в январе 1992 года, Миа Фэрроу обнаружила обнаженные снимки Сун-И, сделанные Алленом, после чего рассталась с режиссером. Сестра Вуди Аллена рассказала New York Magazine, что Фэрроу позвонила ей и заявила: «Он украл у меня дочь, я украду у него». В августе 1992 года няня, сидевшая с детьми Фэрроу, рассказала ей, что Аллен неподобающе вел себя с их общей приемной семилетней дочерью Дилан. Фэрроу начала расспрашивать девочку, и та якобы сообщила матери, что Аллен приставал к ней на чердаке и засовывал палец ей во влагалище. Актриса записала рассказ девочки на видео (расследование не дошло до суда, так как прокурор и Миа Фэрроу признали, что разбирательство повредит девочке). 

Как пишет издание, вскоре после того, как Фэрроу узнала о предполагаемом насилии над Дилан, ее адвокаты предложили Аллену выплатить актрисе пять-семь миллионов долларов за неразглашение этой информации (он отказался), а еще через четыре дня режиссер на пресс-конференции предал огласке свои отношения с Сун-И. Это был первый раз, когда он сказал, что любит ее. Через три года они поженились. На вопрос журналистки, не было ли это осознанной или неосознанной местью Миа Фэрроу, Сун-И отвечает: «Как вы думаете, я прожила бы с ним больше 20 лет, чтобы свести счеты с Миа?» 

Сводные брат и сестра Сун-И назвали публикацию атакой на их мать. New York Magazine обвинили в публикации необъективного материала

Версия событий, рассказанная Сун-И изданию, резко отличается от воспоминаний Дилан Фэрроу, а также биологического сына Фэрроу и Аллена – журналиста Ронана Фэрроу. Оба в конфликте родителей занимают сторону матери и настаивают на том, что режиссер вел себя с Дилан неподобающим образом. 

После публикации New York Magazine Ронан Фэрроу опубликовал в твиттере свое заявление, назвав статью «постыдным шагом». Он написал, что обязан всем Миа Фэрроу, которую описал как «преданную мать, которая прошла через ад в собственной семье и построила для нас дом, полный любви». Публикацию он счел одной из попыток Аллена и его союзников «слить прессе информацию, которая очерняет мою мать и подрывает доверие к убедительным заявлениям сестры о насилии [со стороны Аллена]». Он также заявил, что как журналист «шокирован пренебрежением к фактам и нежеланием издания включить в статью свидетельства, которые противоречат опубликованной лжи». 

Дилан Фэрроу также отреагировала на публикацию в твиттере. Она написала, что New York Magazine просили ее прокомментировать некоторые ложные утверждения собеседников издания, – в частности, что мать склонила ее оболгать Аллена, «подкупив» куклой (которую, как утверждает Дилан Фэрроу, начали выпускать годами позже). «Моя мать никогда меня не науськивала [против отца], всегда стояла за меня, даже когда Вуди Аллен спустил на нее всех собак в виде своих адвокатов, союзников и журналистов вроде автора этой статьи. Благодаря моей матери я выросла в прекрасном доме, полном любви, который она создала». Она подчеркнула, что не меняла своих показаний больше 20 лет и что ее слова подтверждены доказательствами. «Единственное, почему я долго молчала, – это то, что я хотела защитить свою мать от нападок. Что и произошло. New York Magazine, вам должно быть стыдно», – заявила Дилан Фэрроу. 

Ронан Фэрроу, Дилан Фэрроу и некоторые СМИ считают, что статья New York Magazine написана необъективным автором: давняя дружба Дафны Меркин с Вуди Алленом создает конфликт интересов (они знакомы около 40 лет). В разделе «обо мне» на личном сайте Меркин указывает, что была фанаткой Аллена, в 20 лет даже написала ему письмо – и получила ответ. В колонке для The New York Magazine о борьбе с депрессией, опубликованной в 2010 году, она писала, что Вуди Аллен посоветовал ей своего личного психотерапевта. The Hollywood Reporter добавляет, что в сборнике эссе «Обеды со знаменитостями» Меркин признается, что у нее была «фиксация на Аллене» и она считала его своим альтер эго. 

Решение New York Magazine заказать текст про Сун-И давней подруге Вуди Аллена раскритиковал и журналист издания Йашар Али. Он напомнил, что Меркин скептически высказывалась о движении #MeToo в прессе – и о пользе феминизма при личном общении с ним. «Дафна любит обобщать вещи. Если с ней все в порядке, значит, и со всеми тоже. Если с ее привилегированными друзьями ничего плохого не случилось, значит, и с другими тоже», – написал Али в серии твитов. 

New York Magazine заявил, что считает публикацию статьи Дафны Меркин оправданным решением. «Это история о Сун-И Превин, и она отражает ее точку зрения на то, что случилось в ее семье. Мы верим, что она заслуживает быть услышанной. В статье говорится о [дружеских] отношениях Дафны Меркин и Вуди Аллена – и они часть этой истории, так как благодаря этому Сун-И согласилась говорить с прессой. Мы надеемся, что люди сами сделают все выводы», – сказала представительница издания.

Источник: Meduza

Просмотров: 2498

Вставить в блог

Оценить материал

Отправить другу



Добавить комментарий

Введите символы, изображенные на картинке в поле слева.
 

0 комментариев

И Н Т Е Р В Ь Ю

НАЙТИ ДОКТОРА

Новостная лента

Все новости